Главное Простые русские Шнуровы

Простые русские Шнуровы

Впечатления от пресс-конференции Владимира Путина у меня, как всегда, профессиональные. Грустно и стыдно за тех, кто задавал вопросы. За журналистов – так, видимо, их надо называть.

Большая часть прозвучавших вопросов совершенно оторвана от интересов и запросов той многомиллионной аудитории, которая в разгар ковида и безденежья с надеждой слушала Путина. Идя на разговор с Президентом, надо готовить вопросы, на которые может ответить только он, или на которые подчиненные ему министры и другие компетентные в своей отрасли лица могли бы ответить, но опасаются. И такие вопросы есть.

Например, вопрос, почему людям не раздаются средства из Фонда национального благосостояния, которые копили на черный день, и если сейчас не тот самый черный день, то что еще должно произойти, чтобы было принято решение раскупорить кубышку?

Волнует этот вопрос людей, у которых не хватает денег? Кто может на него ответить, кроме Путина? Ну так и надо задать этот вопрос.

Второй пример – вопрос про газификацию. Вот на что вы обращаете внимание, когда въезжаете в то или иное село? Ну, или хотя бы, когда видите фотографии села в интернете? Я первым делом ищу на снимках желтые трубы. И если не вижу, то понимаю, что село не газифицировано. А это беда многих наших населенных пунктов.

Почему же журналисты не спросили об этом Путина? А ведь его тоже интересует и волнует эта тема. Потому что она интересует и волнует миллионы россиян. И Путин ответил на этот вопрос, несмотря на то, что так его и не дождался от журналистов.

После ответа на вопрос Стива Розенберга из BBC News, когда наш Президент обратился к западным партнерам с призывом Кота Леопольда, Дмитрий Песков говорит: «Давайте отправимся в Ставрополь».

Путин перебивает своего пресс-секретаря: «Дмитрий Сергеевич, одну секунду. Вопрос очень важный. Я всё жду, когда он прозвучит, но он так и не звучит. А вопрос пришёл из Смоленска».

И зачитывает ранее отобранный вопрос от конкретной жительницы. И рассказывает очень важное о газификации.

И вот тут хоть сквозь землю провались от стыда. Почему Путину не задали этот вопрос? Да потому что наша элитка, к которой, видимо, уже относятся и задававшие вопросы граждане, совершенно оторвалась от основной массы населения страны. У нашей элитки образ русского человека уже тот, который в Голливуде. Они видят нашу жизнь через зеркало шоу-бизнеса.

Для них простой русский человек – пьяница и матершинник. Шнуров или Ефремов. А не тот, у кого нет не только интернета, но даже газа. Когда им говоришь (реальный случай из моего опыта), что в Котельниче нет газа, и люди на тачке возят заправлять газовые баллоны, они думают, что люди возят баллоны на машинах. Они представить не могут, что люди возят баллоны на садовой тачке. Это летом. А зимой на санках.

Начинающий журналист Шнуров решил изобразить из себя простого русского человека. Я думал, но спросит, где денег брать. А он: «Теперь лично от меня. Как простому русскому человеку, каких большинство, описывать эту жизнь, не используя ненормативную лексику?» А еще спросил про русских хакеров и про трудоустройство Трампа. Был у меня похожий случай. В апреле 2020-го, который выдался холодным, и даже снег шел, поехал я в одно село сделать репортаж о ходе весенне-полевых работ. Жители села, если кто не в курсе, продолжали работать при такой погоде и в условиях действия в городах режима полной самоизоляции. То есть они пахали, причем в буквальном смысле, когда горожане сидели по домам, получая зарплату, и скулили, как тошно жить без клубов и фитнессов. Днем в поле, а как стемнеет – чинить технику, чистить ее, править рабочие плоскости (это когда один механизатор обух топора подводит пол плоскость и держит его на весу, а другой со всей силы большим молотком с другой стороны по плоскости, и тут уж точно без мата не обойдешься). И вот эти люди, руки которых пропитаны машинным

маслом, слышат от меня вопрос, а как они относятся к Навальному? (На тот момент он еще не пациент, а просто говорун.) И не смогли они выразить свое отношение, не используя ненормативную лексику.

А пить во время полевых работ им нельзя. За это сразу с работы выгонят, а другой нет.

Урожай зерновых, кстати, в этом году рекордный собрали. Но это было за МКАДом, и вряд ли интересно нашей элитке. Об этом Путина ведь тоже не спросили, он сам об этом сказал.

Автор: Иван Юдинцев

Фото: Андрей Абрамов

Свежие новости

Заявка на протест

В шести регионах России на выборах в Госдуму пройдет электронное голосование.

Преступление и выборочное наказание

С Навальным поступили по закону, но дали повод в этом усомниться.

Ничтожные шансы малых партий

По итогам осенних выборов парламентские партии сохранят свои позиции.

Большие города, пустые поезда

Пассажирооборот ГЖД сократился больше, чем на четверть.

Любители собеседований

Нижегородцы откликнулись за год в среднем на 13 вакансий на Хэдхантере.

На берегу этой тихой Оки

Благоустройство Окской набережной начнется в марте.

Главное

Заявка на протест

В шести регионах России на выборах в Госдуму пройдет электронное голосование.

Преступление и выборочное наказание

С Навальным поступили по закону, но дали повод в этом усомниться.

Другие публикацииПОХОЖЕЕ
Это вас может заинтересовать